на главную         
Василий Суриков
Суриков Биография Картины Эскизы   Рисунки Хроно   Музеи М.Нестеров Гостевая
Статья Бенуа  Рогинская  Пикулева  Маковский  Островский  Н.Шер  Г.Чурак Ф.Волынский  Арт-сайты
Воспоминания  Волошин  Глаголь  Минченков  А.И.Суриков  Тепин  Репин Кончаловская  Ченцова

Галина Пикулева. Творчество Василия Сурикова

  
» Живая память потомков
» Дом на Благовещенской
2 - 3
» Дорога в Академию
2 - 3 - 4 - 5
» «Вселенские сборы»
2 - 3
» «Утро стрелецкой казни»
2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7
» «Меншиков в Березове»
2 - 3 - 4
» Поездки в Европу - 2
3 - 4
» «Боярыня Морозова»
2 - 3 - 4 - 5 - 6
» «Затмение» в судьбе
2 - 3 - 4 - 5
» «Покорение Сибири...»
2 - 3
» «Переход Суворова...»
2 - 3 - 4
» Рубежи века - 2 - 3 - 4
5 - 6
» Человек - мера всех картин
2 - 3 - 4
Суриков   

Глава десятая - «Переход Суворова через Альпы»

Письмо Сурикова в Красноярск о шествии его «Ермака» по официальным кругам российской столицы разминулось со скорбной вестью из благовещенского дома, которую он получил в конце февраля 1895 года. В глазах у него потемнело, и он едва смог начертать на ответном листке: «Милая, дорогая наша матушка! Нет ее, нашей мамочки. Господи, не оставь нас! И помяни ее, господи, во царствии твоем! Она достигла царствия божия своей труженической жизнею. Милая наша! Я заберусь в угол, да и вою. Ничего, брат, мне не нужно теперь. Ко всему как-то равнодушен стал. По всей земле исходи - мамочки не встретишь. Недаром я ревел, как выехал из Красноярска. Сердце мое сразу почувствовало, что я ее больше не увижу...» Прасковья Федоровна Сурикова скончалась 4 февраля 1895 года. Александр Иванович попросил красноярского фотографа сделать для старшего брата снимок с ее упокоенного облика, который вместе с его последним портретом матери, написанным в 1894 году, хранил память о безмерно дорогом человеке.

Летом Суриков с Ольгой и Еленой приехали на его родину. На кладбище Василий Иванович стоял в долгом молчании перед холмиком, обложенным дерном и голубыми незабудками. Дочери с кисточками в руках помогали Александру Ивановичу покрасить ограду и слушали мистический рассказ дяди: «Представь себе, Вася, ведь кот пришел на кладбище со всеми. Мне говорили, что, пока мы хоронили маму, он стоял в сторонке. Домой он уже не вернулся... А на пятый день я пришел расчищать могилу от снега и наткнулся на него, замерзшего. Лежал на могиле, словно на печке спал, пришлось его за оградой кладбища зарыть. Вот какой случай был!» Суриков старался избегать говорливых гостей. Чтобы облегчить невосполнимое горе, он перебирал струны гитары, перелистывал книги из домашней библиотеки. Василий Иванович погрузился в жизнеописание А. Петрушевского «Генералиссимус князь Суворов» и, кажется, обретал идею для еще не раскрытого холста. В августе семья тронулась в обратный путь, художник опять взялся за дорожный дневник, наполняя акварельными мазками листы «Река Обь», «На пароходе по Оби». Тогда же он набросал на куске картона первую карандашную композицию будущего полотна о знаменитом полководце XVIII века. Под «строжайшим секретом» он известил брата о том, что начал «Переход Суворова через Альпы»: «Должно выйти что-нибудь интересное».
Московская жизнь, полная хлопот, отодвигала замысел. Василий Иванович подготовился к двадцать четвертой передвижной выставке 1896 года, где он представил этюды для «Покорения Сибири Ермаком» и «Сибирскую красавицу» - портрет Е.А.Рачковской. После ее открытия нетерпеливый карандаш заскользил по бумаге, эскиз «Суворова» возник на обратной стороне обложки «Журнала двадцатого заседания собрания Императорской академии художеств». Затем к графиту присоединились тушь с акварельной подцветкой и мазки масла. На каждом этапе через плотность листов и материальность холста все отчетливее прослеживалась личность русского полководца, который по его собственному признанию был мал, был велик, при приливе и отливе счастья уповал на Бога и был неколебим. Его дворянский род вел происхождение от Сувора, покинувшего пределы Швеции. Основательная веха в родословной Суворовых была связана со службой писаря Преображенского полка Ивана Суворова, приближенного ко двору Петра I. Государь бывал в его московском доме и крестил сына Василия. В 1722 году четырнадцатилетний отрок был определен на должность царского денщика и переводчика, повышен в звании бомбардир-сержанта Преображенского полка. Один из птенцов, выпестованных в петровском гнезде, Василий Иванович Суворов достиг в карьерном росте значительного положения, он дослужился до чинов сенатора, генерал-аншефа, члена Военной коллегии, удостоился орденов святой Анны и Александра Невского.

Крестник Петра I женился на дочери дьяка Федосия Манукова Евдокии, получившей в приданое каменный дом на Арбате недалеко от церкви Николая Явленного. В ноябре 1729 года родился их первенец Александр Суворов. Мальчик выделялся сметливостью в подвижных играх со сверстниками, его занимали разговоры с отцом и чтение книг на историческую тему. Младший Суворов выбрал образцами для подражания воинские деяния Александра Македонского, Юлия Цезаря, Ганнибала, тренировался в верховой езде, в холодную погоду носил легкую одежду. Отец хлопотал о том, чтобы в 1742 году «недоросля» Александра Васильевича Суворова зачислили в Семеновский полк солдатом. Непосредственную службу он начал через шесть лет в чине капрала. Биограф А.Петрушевский отмечал, что для молодого дворянина солдатская среда, с которой он с ранних лет соприкасался, сделалась хорошей школой: «Здравый смысл в связи с безобидным юмором; мужество и храбрость спокойные, естественные, без поз и театральных эффектов, но с подбоем искреннего добродушия; уменье безропотно довольствоваться малым, выносить невзгоды и беды так же просто, как обыденные мелочные неудобства. Суворов был русский человек вполне; погрузившись в солдатскую среду для ее изучения, он не мог не понести на себе ее сильного влияния. Он сроднился с ней навсегда; все, на что она находила отголосок в его натуре, выросло в нем и окрепло или же усвоилось и укоренилось».
Александр Васильевич считал, что «никакой баталии выиграть не можно в кабинете и теория без практики мертва». Его боевая практика проявила отличительные реалии в правление Екатерины II во время русско-турецких баталий: в 1774 году Суворов нанес поражение 40-тысячному вражескому корпусу при Козлудже, в 1788 году он овладел крепостью Очаков, в 1789 году войска под его командованием громили противника в битвах при Фокшанах и Рымнике, в 1790 году солдаты Суворова заняли цитадель Измаил. За проявленную доблесть Александр Васильевич был назначен главнокомандующим русской армии, продолжавшим утверждать на этом посту правила трех воинских искусств: «Первое - глазомер, второе - быстрота, третье - натиск».


следующая страница »

"Суриков и Достоевский - два великих национальных таланта, родственных в их трагическом пафосе. Оба они прошли свой земной путь, как великий подвиг. Прими наш низкий поклон, великий русский художник".


Суриков


Василий Суриков, artsurikov.ru © 1848-2014. Все права защищены. Пишите письма: mail (собака) artsurikov.ru
Копирование или использование материалов - только с письменного разрешения Василия Сурикова


Rambler's Top100