на главную         
Василий Суриков

Суриков  |  Картины  |  Рисунки  |  Биография  |  Эскизы  |  Критика  |  Статья А. Бенуа  |  Покорение Сибири Ермаком  |  Зима в Москве  |  Вид Красноярска  |  Горожанка  |  Горы близ Красноярска  |  Табун лошадей  |  Женский портрет
Василий Суриков » Эскизы к картинам » Чернобородый стрелец. Этюд
бородач

Василий Суриков. Галерея картин. Чернобородый стрелец. Этюд для картины Боярыня Морозова.
1879

« назад    на первую страницу    вперед »

Демоническое начало Василия Сурикова

Василий Суриков: "Идеалы исторических типов воспитала во мне Сибирь с детства. Она же дала мне и дух, и силу, и здоровье». Сибирь многое объясняет в творчестве художника, но для того чтобы красноярский юноша, выучившийся в Академии художеств на стипендию местного купца-мецената, стал великим русским живописцем Суриковым, нужны были могучий талант, причем талант истинно русский, глубоко национальный, патриотизм, демократичность и высокая гражданственность, большая живописная, профессиональная культура и обширные знания, целеустремленность и сила воли. Наконец, неповторимый дар угадывания истории, не столько буквы, сколько ее духа, правды давно минувших веков. Скорбные женские лица с лихорадочным блеском глаз, искушающие сладострастной девственностью, сумрачные лбы осужденных на смерть, лохмотья калек, бледные улыбки юродивых и сатанинский смех палачей, руки, проклинающие и поднятые для благословения и повисшие в бессильном отчаянии, взгляды, полные ненависти, страстной мольбы и страстного ужаса, - и всегда толпа, всегда смятенность толпы, то ждущей кровавых казней на тесных улицах древней Москвы, то вырастающей в варварское полчище на сибирских прибережьях, то воодушевленной подвигом на льдинах суворовских Альп - вот Суриков! Несомненно стихийный талант, прозревший темную сущность восточнославянской стихии: ее роковое, грозное начало. В задумчивых глазах его героинь - раздвоенность морального самосознания - мучительное опьянение, которое Достоевский назвал надрывом... Они стоят в толпе, и порывисто вглядываются в лица приговоренных на казнь и шепчут суеверно молитвы. Они никогда не улыбаются, хрупкие, красивые и мятежные - страдальческие царевны, монахини теремов, в чарах сказки прошлого. И рядом с ними еще угрюмее смотрят мужские лица с длинными бородами и взъерошенными кудрями, старые и молодые, с тем же упорным взглядом исподлобья: стрельцы в железных оковах, бояре, странники, солдаты. Зловещими силуэтами выделяются их костистые профили, сутулые спины. От них веет былинной удалью и сумраком монастырской кельи, простором волжских степей и зарослями доисторического леса. В каждом чувствуется личность, познавшая свое право на жизнь и смерть, но в них есть и общее, одинаково присущее всем...

читать полностью...

"Рассказывали, как Василий Иванович в последние годы жизни, когда знаменитая картина ("Христос" Иванова) была уже в лучших условиях, стояла в помещении с верхним светом приходил в Румянцевский музей за час, за два до его закрытия, и, одинокий, оставался перед картиной, стоял, садился, снова вставал, подходил к ней вплотную, впиваясь в нее, ерошил свои волосы и с великим волнением уходил домой, чтобы опять прийти, опять насладиться, приходить в смущение и восторг от того, что видел своим духовным оком, оком творца "Морозовой", "Меншикова", "Ермака"...


Суриков


Василий Суриков, artsurikov.ru © 1848-2014. Все права защищены. Пишите письма: mail (собака) artsurikov.ru
Копирование или использование материалов - только с письменного разрешения Василия Сурикова


Rambler's Top100